Порой мы сталкиваемся с максимально тяжелыми переживаниями, одно из которых — безысходность. Почему одни люди испытывают ее только в определенных обстоятельствах и не уходят в это чувство глубоко, а другие — будто всегда живут с ним, и события жизни лишь усиливают ощущение безысходности?
Что такое безысходность?
В самом слове дано значение этого чувства: это переживание о том, что из той или иной ситуации выхода нет, ощущение загнанности в угол.
У безысходности два источника: внешний и внутренний. В первом случае отчаяние вызывают события, которые с нами происходят. Во втором случае речь про глубоко спрятанное чувство, которое изнутри поднимается на поверхность ощущений — иногда вне зависимости от ситуации.
Безысходность влияет на людей по-разному: одни тоскуют, другие — злятся; кому-то хочется бежать, а кто-то, наоборот, замирает на месте. В моменты отчаяния срабатывает защитный механизм — регрессия. Под его действием мы как бы откатываемся назад, к памятным следам младенчества и тому опыту, который однажды пережили, но не помним сознательно. Этот опыт у каждого свой — вот почему реакция на безысходность тоже индивидуальная.
Первая встреча с безысходностью происходит рано, но она не всегда фатальна. В младенчестве мы не можем выжить без заботящегося взрослого, мы беспомощны. Если мама отошла ненадолго, а после вернулась и позаботилась о нас — это тревожно, но терпимо. В таком случае мы получаем дозированную — и необходимую для развития — фрустрацию. Она как бы знакомит нас с безысходностью, просто дает о ней представление. При этом в психике остается уверенность в базовой безопасности.
Если же младенца бросали часто и надолго, то он пережил настоящее отчаяние — и это уже травма. Младенчество — довербальный период, когда чувства невозможно выразить словами. И поэтому безысходность похожа на огромную волну, которая затапливает все остальные переживания и фантазии. Еще не сформированное Я оказывается под толщей мощных безымянных чувств — без уверенности в том, что удастся подняться на поверхность. Так безысходность может почти целиком заполнить психику — и встать на место чувства базовой безопасности.
Реактивная безысходность
Даже если ранний опыт был благополучным, мы все же можем столкнуться с безысходностью. Часто она сопровождает травмы от встречи с судьбоносными событиями, обстоятельствами непреодолимой силы. Когда мы лишаемся воли и контроля над жизнью, то снова превращаемся в младенцев и испытываем отчаяние. Источник такой безысходности — внешний, о чем мы уже говорили выше. Она возникает реактивно, в ответ на угрозу, и похожа на абсолютный стоп — будто вы не просто притормозили на светофоре, а отключили двигатель. Иногда такие остановки в жизни неизбежны, и безысходность может стать тем «дном», от которого наконец удастся оттолкнуться.
Безысходность при ретравматизации
Если в детстве или позднее мы пережили отчаяние по поводу болезненного события и оно было катастрофическим по силе, может сформироваться посттравматическое стрессовое расстройство. И тогда в дальнейшем столкновение с похожими чувствами и обстоятельствами будет вызывать ретравматизацию — и возвращать нас в безысходность. Психоаналитик Дональд Винникотт описывал такое ощущение как «тревогу аннигиляции», то есть исчезновение в черном хаосе, в бездне. Речь здесь о потере себя и своего Я.
Как пережить безысходность
Отчаянию, как и любому другому чувству, важно давать место в жизни и психике. Прежде чем что-то делать с безысходностью, важно в ней побыть: признать, что вам сейчас действительно больно и плохо, присмотреться к этим ощущениям, назвать их. Другой момент в том, что это не всегда удается сделать в одиночку, потому что может не хватать сил и опор.
