Перевели для вас лекцию Нэнси Мак-Вильямс о том, из чего складывается психическое здоровье.
«Сорок лет назад внутри психотерапевтического комьюнити и в обществе много спорили о том, есть ли какие-то явные и культурно укоренившиеся представления о здоровой личности.
В 50-х Маслоу изложил свою теорию потребностей в книге «Мотивация и личность». Мария Яхода разработала теорию идеального психического здоровья — список характеристик, присущих большинству людей, которых считают нормальными. В 60-х Томас Сас, идеолог антипсихиатрического движения, объявил, что большинство психических расстройств не являются болезнями, потому что не соответствуют доказуемым биологическим патологиям. Одновременно вышел роман Кизи «Пролетая над гнездом кукушки», в котором пациенты психиатрической больницы выглядят более здоровыми, чем персонал.
Сейчас эта дискуссия полностью затихла. Сам термин «психическое здоровье» уже активно меняют на «поведенческое здоровье». Этому способствует идея, что терапевты просто корректируют поведение человека, чтобы он стал более «удобным».
На мой взгляд, в DSM и в Международной классификации болезней есть одно упущение — в них не изложен ни один самостоятельный критерий психического здоровья, кроме отсутствия конкретных симптомов. Да, существует шкала GAF (Шкала глобального функционирования – прим. «Ясно»), но она проверяет наличие скорее внешних факторов — работы, отношений. В то же время терапевты всегда учитывают внутренние факторы — как человек регулирует эмоции, оценивает себя, способен ли он понимать поведение других, любить и принимать то, что нельзя изменить. Психотерапевты стремятся помогать людям в целом, а не просто лечить расстройства.
Этот список элементов ментального здоровья не является единственно верным и окончательны, но может послужить ориентиром и для человека, и для терапевта».
1. Способность любить
Отвечая на вопрос, что определяет психическое здоровье, Фрейд поместил способность любить на первое место. В середине прошлого века любовь определяли конвенционально — как моногамные гетеросексуальные отношения. Фрейд вряд ли был в плену таких стереотипов. Под любовью он понимал отношения двух взрослых людей, в которых каждый ведет себя естественно. Люди страдают в отношениях, когда пытаются переделать партнера вместо того, чтобы его принять.
Для психического здоровья важно поддерживать близкий контакт хотя бы с одним человеком, причем с ранних лет — это подтверждает теория привязанности.
2. Способность работать
Имеется в виду не та работа, которая обеспечивает материальное существование, а дело, которое наполняет жизнь смыслом, а человека — удовольствием от процесса.
За последние десятилетия разрыв между биологическим взрослением и моментом, когда человек получает подтверждение своей ценности в глазах общества, сильно увеличился. Сегодня молодым людям крайне сложно чувствовать себя значимыми и нужными. Они страдают, когда не видят смысла в собственном существовании, когда их деятельность ни на что не влияет. Возможно, именно по этой причине среди молодежи растет число самоубийств — в США их стало намного больше, чем 30 лет назад.
3. Способность играть
В традиционных обществах существовали ритуальные танцы, пиршества, празднества. И хотя сегодня мы посещаем массу концертов, матчей и перформансов, у нас почти нет опыта коллективной игры.
Психоаналитик Дональд Винникотт видел связь между способностью играть и умением творчески мыслить — «играть» со словами и образами, нешаблонно подходить к аналитической работе.
Нейробиолог Панксепп, исследовавший эмоции приматов, описал 7 эмоциональных систем у млекопитающих: поиск, страх, ярость, горе, страсть, забота и игра. Он считал игру фундаментальным процессом.
У животных игра выполняет выполняет социальную функцию — так они познают друг друга и мир, испытывают радость.
У детей контактные игры (потасовки, борьба, подвижные игры) развивают мелкую моторику и мозг, помогают лучше концентрироваться и быстрее думать. Сейчас все больше людей страдает от дефицита внимания — это может быть напрямую связано с недостатком контактных игр в детстве. Часто родители специально стараются занять чем-то детей — отдать во всевозможные секции или нагрузить чтением, лишая их опыта свободной игры.
4. Способность выстраивать и поддерживать безопасные отношения
Это умение связано с переходом к надежной модели привязанности. Основоположником теории привязанности был Джон Боулби, а Мэри Эйнсворт описала три ее стиля — надежный, тревожный и избегающий. Позднее был обнаружен четвертый тип — дезорганизованный.
В 60-х Эйнсворт провела эксперимент «Незнакомая ситуация» — в нем участвовали дети в возрасте от года до полутора. Мать с ребенком помещали в специальную комнату. Через некоторое время мать уходила, а незнакомый человек предлагал ребенку чем-то заняться в ее отсутствие. Эйнсворт наблюдала, как дети переносят разлуку и воссоединение с матерью.
Дети надежного типа вели себя непринужденно: спокойно играли и радовались возвращению мамы. Дети тревожного типа сильно беспокоились и встречали маму в слезах. Избегающие дети демонстрировали безразличие — Эйнсворт предположила, что так они скрывали стресс и страх быть отверженными. Позже подтвердилось, что уровень гормона стресса кортизола у этих детей был выше нормы. Дети дезорганизованного типа, который формируется из-за тяжелых ранних травм, когда объект привязанности внушает страх, ведут себя противоречиво. Они как бы «прилипают» к значимому человеку и одновременно «кусают» его.
5. Свобода воли
Это понятие обсуждалось в разных аспектах: самостоятельность, независимость, ответственность и тд. В более ранней психологии существовал близкий по смыслу термин «внутренний локус контроля».
Вне зависимости от названия смысл свободы воли в том, что у вас есть возможность делать выбор, и вы чувствуете, что можете влиять на свою жизнь. При недостатке свободы воли люди делают не то, что хотят на самом деле. Более того, они не знают, чего хотят, и удивляются, когда их об этом спрашивают.
Мак-Вильямс работала с девочками-подростками, которых принуждали к нежелательным сексуальным отношениям. Когда психотерапевт напомнила, что их тело вообще-то принадлежит только им, они были удивлены. Им никогда не приходило в голову, что сексуальные контакты должны происходить по обоюдному согласию, а не потому, что кто-то навязал другому свои желания.
Ощущение, что в наших силах управлять собой и отдельными сферами жизни, крайне важно. Даже заключенный в тюрьме решает для себя, с кем из сокамерников общаться, стоит ли сделать норму отжиманий или отдохнуть.
Психотерапия возвращает свободу выбора тем, кто раньше ощущал себя беспомощной жертвой обстоятельств.
6. Постоянство себя и объектов
Или, говоря языком Эриксона и Кернберга — достаточная интеграция идентичности. Здоровый человек ощущает себя частью целого, а целое — частью себя. Он понимает, что можно одновременно испытывать и гнев, и любовь, и раздражение, и нежность. Например, если попросить такого человека описать родного отца, он вспомнит и его сильные, и слабые стороны: «Папа был резким на словах, но всегда меня поддерживал».
Полярные оценки свойственны людям с черно-белом мышлением. В их изложении отец предстанет либо святым, либо чудовищем. Они лишены цельности сами, а значит, не замечают ее и в окружающих.
Сюда же относится и ощущение непрерывности своего опыта. Здоровый человек осознает, что он как ребенок, подросток и взрослый — одна и та же личность. Люди, которые не чувствуют целостности, плохо помнят детство или растерянно молчат, если попросить их представить себя через 10 лет.
Единение с телом — тоже форма постоянства. Когда человек диссоциируется с телом, возникают нарушения. Например, при расстройстве пищевого поведения люди говорят о своем теле так, будто в нем живет кто-то еще. Нарциссическое расстройство толкает на бесконечные пластические операции.
7. Сила эго
Сила эго, устойчивость, правильная работа симпатической нервной системы. Все эти термины — о способности адекватно переносить стресс, не регрессируя, не отыгрывая, не заболевая и не используя какую-то одну психологическую защиту для всех эмоционально трудных ситуаций.
Психоаналитики считают, что эта способность формируется в детстве. Если первые 6 лет ребенок растет в любви и заботе, это служит «прививкой» от неадекватной реакции на стресс в дальнейшем. К сожалению, эта способность может быть разрушена сильным травматическим опытом.
Когда сила эго недоразвита, выдерживать напряжение сложнее. Одни,
как дети, не хотят ничего решать и регрессируют в беспомощность. Другие в самый ответственный момент заболевают. Третьи пускают в ход защиту — как правило, единственную на все случаи стресса. Если это проекция, то человек свои эмоции и мысли приписывает другим. Если диссоциация — «абстрагируется» от горького опыта вместо того, чтобы прожить его с пользой.
Психотерапия укрепляет силу эго и учит не защищаться от стресса, а проживать его и не разрушаться.
8. Реалистичная и надежная самооценка
Другими словами — здоровый нарциссизм и здоровое Супер-Эго. Надежная самооценка помогает спокойно выдерживать критику, сохранять самоуважение и ставить реалистичные цели.
Заниженная самооценка часто встречается у воспитанных в строгости перфекционистов. У таких людей жесткое Супер-Эго, они винят себя за то, что не соответствуют идеалу. Завышенная самооценка свойственна тем, кого хвалили за каждый шаг. Их Супер-Эго слабое, таким людям будет тяжело переносить провалы и критику.
В первом случае задача терапевта — смягчить Супер-Эго, а во втором — сконструировать Супер-Эго с нуля, что гораздо сложнее.
9. Система ценностей
Здоровый человек разделяет принятые этические и нравственные нормы. Совершая действия, он считается с интересами тех, кто его окружает. Он проявляет эмпатию, то есть может встать на место другого и принять его позицию без осуждения, распознать его чувства, взглянуть на ситуацию чужими глазами. Важнейшим признаком здоровья считается способность раскаиваться.
Противоположный полюс — асоциальные личности. У них отсутствуют все базовые эмоции, кроме гнева и зависти. Это не обязательно классические психопаты, но и все, кто привык манипулировать, обманывать и игнорировать желания других.
Из-за природной харизмы, холодной решительности и умения мимикрировать психопатов часто принимают за лидеров. Последнее время они устремились в топ-менеджмент, где их манит жесткая конкуренция и динамичная атмосфера — так считает психолог Роберт Д. Хэйр, автора теста на психопатическую личность PCL-R.
Эту гипотезу подтвердили исследователи Гарвардской Школы Бизнеса. В 2004 году они выяснили, что современные руководители часто имеют нарциссическую организацию, граничащую с психопатической, в то время как раньше боссы обладали скорее обсессивно-компульсивной структурой.
Подробнее об этом — в книге Хэйра «Змеи в костюмах».
10. Способность переживать интенсивные эмоции
Здоровый человек ощущает свои эмоции, не игнорируя и не подавляя их. Он в контакте со своими чувствами, но действует, руководствуясь здравым смыслом, а не под влиянием случайных импульсов. То же самое касается и мыслей — в норме человек может позволить разным мыслям просто возникать в голове. Он не боится их, не стремится от них избавиться.
Психолог Пол Экман, «расшифровавший» человеческое лицо, доказал, что эмоции сменяют друг друга каждые 8 секунд. При серьезных психопатологиях лицо как бы «замирает» в одном выражении. У тех, кто страдает депрессией — это безучастность, параноики часто смотрят вниз-налево, что отражает сразу и стыд, и страх.
Другая грань переживания эмоций — способность ими наслаждаться, даже если это болезненные чувства. Например, в терапевтическом пространстве можно разместить свою ярость, прожить ее и даже получить от процесса удовольствие.
11. Рефлексия
Это умение взглянуть на себя со стороны и проанализировать свое состояние. Люди, способные к рефлексии, признают свои проблемы. Между человеком, который понимает, что не вполне здоров, и человеком, который отрицает или не замечает свои нежелательные паттерны, большая разница.
Например, девушке, которая контролирует переедание искусственной рвотой и признает, что это приносит ей дискомфорт, можно помочь относительно быстро. Но если эта же девушка, демонстрируя все симптомы булимии, уверена, что не происходит ничего странного, на терапию могут уйти годы.
12. Ментализация
Это — способность воспринимать как собственные переживания, так и переживания окружающих; понимание, что другие люди — это отдельные личности со своими особенностями, мотивами и желаниями.
Люди не читают мысли, но строят гипотезы о состоянии окружающих, опираясь на личный опыт. Оценивая внешние проявления, мы предполагаем, как себя чувствует и о чем думает собеседник, а также считываем ложь, улавливаем иронию и догадываемся, что пора сменить тему.
Сюда же относится и эмпатия — способность взглянуть на ситуацию глазами другого человека, «прогуляться в его ботинках».
Если не наблюдать за другими, чтобы понять их потребности и мотивы, можно увязнуть в проекциях и начать приписывать другим людям свои мысли и чувства.
Например, клиент резко меняет тему, когда речь заходит о болезненных переживаниях. На вопрос терапевта «почему вы так делаете?» он отвечает: «Я чувствую, что причиняю вам боль». Он замечает сочувствие на лице терапевта и думает, что огорчает его своим рассказом. Это — пример ситуации, когда человек не может представить, что у терапевта есть собственная и отдельная психологическая структура, которая позволяет сопереживать и при этом не страдать так же сильно.
13. Гибкость в использовании механизмов защиты
...и их вариативность. Здоровый человек способен использовать разные психологические защиты, исходя из ситуации. Если у человека во всех ситуациях срабатывает только один тип защиты, это — симптом проблемы.
Психолог и неофрейдист Вильгельм Райх полагал, что у каждого есть «характерный панцирь» — излюбленный набор защитных реакций, они отражаются в позах и характерных мышечных зажимах.
Мак-Вильямс рассказывает о клиенте с ОКР, которого она однажды спросила, что он может сказать о своей сексуальной жизни. «Работа выполнена», — ответил он. Для него все было механической, доведенной до автоматизма работой. Это и есть пример использования единственной психологической защиты.
14. Баланс между действиями для себя и других
Другими словами — равновесие между тем, что мы отдаем и получаем. Сюда же относится баланс между работой и жизнью.
Очевидно, что не считаться с чужими интересами вовсе или без конца помогать другим в ущерб себе — две крайности нездоровых проявлений. В первом случае речь может идти о нарциссическом расстройстве. А второй случай может закончиться депрессией. И чтобы предотвратить ее, терапевт предложит клиенту поставить собственные желания в приоритет.
Психотерапия помогает справляться с внешними обязательствами, не забывая о личных; помогает найти баланс — заботиться и о себе, и о тех, кто нам важен и дорог.
15. Витальность
Это — способность ощущать себя живым, полным сил. Противоположность витальности — внутренняя омертвелость, ощущение пустоты и одиночества. Дональд Винникотт как-то сказал, что человек может быть нормальным, но словно неживым, он не живет, но существует.
Возможно, существует связь между современными трендами на быструю коммуникацию, чрезмерное потребление и потерей внутреннего источника энергии. Многие ощущают себя героями реалити-шоу, «как будто личностями», как персонаж Джима Керри в «Шоу Трумана». Поэтому психотерапевты всегда стремятся вернуть клиентам энтузиазм и любопытство к жизни.
16. Способность принять то, что нельзя изменить
Это умение честно расстраиваться и горевать об утрате, будь то человек или питомец. Принимать тот факт, что наши возможности ограничены. Оплакивать и отпускать то, что мы хотели бы иметь, но не получается.
Родителям стоит закладывать это умение детям, а не твердить, что они могут добиться всего и стать кем угодно. Современные люди во что бы то ни стало пытаются одержать верх над проблемой, которую на самом деле могут только пережить.
Художник и визионер Христо, который прожил 84 года, на вопрос о том, как ему удается поддерживать творческую искру в столь почтенном возрасте, ответил: «У меня есть талант принимать реальность».
Вывод
Вряд ли человек придет к терапевту «подготовленным» и скажет что-то вроде «Мне не хватает постоянства себя и объектов» или «Я недостаточно аутентичен». Сложно разобраться в себе и этих терминах, не имея хотя бы приблизительного представления о том, какая психика может считаться здоровой.
Этот список как раз может стать таким ориентиром — и для человека, и для терапевта. Но, безусловно, он не является единственно верным и окончательным.
